Есть в этом что-то глубоко символичное, если не сказать — парадоксальное. Страна, чьи военнослужащие находятся на фронте СВО, одновременно собирает в Петербурге международный форум, посвящённый будущему глобальной логистики. Пока одни защищают границы, другие проектируют высокоскоростные магистрали, строят мосты, прокладывают новые торговые маршруты. Это не циничное игнорирование реальности — это, возможно, единственно верная стратегия в мире, где война и созидание сосуществуют в одном временном отрезке.

Президент Владимир Путин, обращаясь к участникам первого Международного транспортно-логистического форума, не стал обходить острые углы. Напротив, он прямо назвал вещи своими именами.

 «Эти ключевые для глобальной экономики сферы сейчас переживают глубокие изменения, сталкиваются с серьезными геополитическими вызовами», — заявил президент в своём приветственном слове.

Геополитические вызовы — дипломатический эвфемизм для обозначения того хаоса, который охватил привычную систему международных перевозок. События на Ближнем Востоке, конфликты в различных регионах планеты, санкционное давление — всё это превратило некогда надёжные логистические цепочки в зону повышенного риска.

Путин фактически сформулировал новую парадигму мировой логистики. Если раньше главным был вопрос «как быстрее?» и «как дешевле?», то теперь на первый план выходит фундаментально иное: «А как безопаснее?»

«Все больше государств и компаний задумываются не только о скорости и стоимости перевозок. Решающим фактором становится безопасность и устойчивость транспортных маршрутов и логистических цепочек, которые менее подвержены кризисам, военным конфликтам и другим внешним рискам», — подчеркнул президент.

Это даже не смена приоритетов — это смена мышления. Глобализация последних десятилетий исходила из посылки о всеобщей взаимозависимости как гарантии мира. Оптимизация цепочек поставок строилась на принципе «точно вовремя, минимум складских запасов, максимум эффективности». Пандемия COVID-19 первой нанесла удар по этой модели. События последних лет окончательно похоронили её.

Путин упомянул конкретный пример: «События в Иране уже оказывают прямое влияние на энергетические рынки и транспортировку нефти и газа через Ормузский пролив».

Когда значительная часть мировой нефти проходит через один узкий пролив, уязвимость системы становится очевидной. Блокада Суэцкого канала одним контейнеровозом в 2021 году показала, насколько хрупок мировой товарооборот. Нападения хуситов на суда в Красном море заставили компании выбирать обходные пути вокруг Африки, теряя недели времени и миллионы долларов.

В этих условиях российское предложение звучит не как амбиция, а как логичный ответ на вызов времени.

«Россия может предложить миру такие решения и сыграть важную роль в формировании новой архитектуры глобальной логистики и международной торговли в целом», — заявил президент.

Здесь стоит остановиться и задуматься о более глубоком смысле происходящего. Россия находится в состоянии военного конфликта, испытывает беспрецедентное санкционное давление, её обвиняют в нарушении мирового порядка. И в этих условиях страна не сворачивает инфраструктурные проекты, а, напротив, масштабирует их. Строит высокоскоростную магистраль между двумя столицами. Развивает Северный морской путь. Модернизирует порты. Создаёт транспортные коридоры «Север—Юг» и «Восток—Запад».

 

«Для наших партнёров российские логистические маршруты могут быть выгодны как экономически, благодаря сокращению сроков перевозок, так и с точки зрения диверсификации глобальных транспортных потоков», — отметил Путин.

Диверсификация здесь — слово ключевое. Мир устал от монополии на логистические маршруты. Устал зависеть от проливов, каналов и узких мест, которые в любой момент могут превратиться в точки блокировки. Россия предлагает альтернативу не из желания навредить существующей системе, а потому что сама система показала свою несостоятельность.

Но Путин не ограничился геополитикой и географией. Он перевёл разговор в плоскость технологического развития, и здесь его слова приобретают особое значение.

«Еще один долгосрочный вызов – это настоящая технологическая революция в сфере транспорта и логистики. Растущее применение цифровых продуктов на основе искусственного интеллекта. Происходящие процессы мы должны, безусловно, учитывать, смотреть на десятилетия вперед», — подчеркнул президент.

Смотреть на десятилетия вперёд в условиях, когда настоящее полно неопределённости, — это или безумная смелость, или глубокая мудрость. Скорее всего — и то, и другое одновременно.

Путин детально описал технологическое будущее транспорта: «Широкие возможности для доставки грузов открывает применение робототехники и автономных систем. Они приходят на смену рутинным процессам в аэропортах и на вокзалах, в складских пространствах и терминалах. А в городах небольшие роверы применяются в качестве средств доставки так называемые последние мили».

Это уже не фантастика — это то, что происходит здесь и сейчас в России. Беспилотные грузовики на шахтах, автоматизированные склады, где роботы сортируют тысячи посылок в час, дроны, доставляющие медикаменты в отдалённые районы.

«На базе цифровых платформ намерены интегрировать все элементы рынка транспортных услуг, выстраивать управление беспилотными системами, логистикой, внедрять единые транспортные документы при международных перевозках, практически в постоянном режиме осуществлять контроль за состоянием инфраструктуры и транспортных средств», — обозначил президент масштаб задачи.

Это колоссальный проект цифровизации, сопоставимый по сложности со строительством Транссибирской магистрали в своё время. Только теперь речь идёт не о рельсах и шпалах, а о данных, алгоритмах и искусственном интеллекте.

И здесь Путин делает неожиданный ход. Вместо того чтобы замкнуться на собственных разработках, объявить о технологическом суверенитете и закрытии от внешнего мира, он предлагает обратное.

«Россия готова делиться опытом, проводить совместные программы в области науки и технологии. И, конечно, готовить специалистов, способных на новой технологической основе обеспечить развитие транспорта и логистики в 21 веке», — заявил президент.

«В развитии сотрудничества по этим значимым направлениям также вижу важную роль Международного транспортно-логистического форума. Будем проводить его на регулярной основе раз в два года. Поэтому с удовольствием приглашаю вас вновь приехать в Россию», — подчеркнул Путин.

Приглашение вернуться через два года — это заявка на долгосрочность, на то, что происходящее сегодня- это стратегический выбор. Это уверенность в том, что через два года России будет что показать, о чём рассказать, чем поделиться. Заявка, стоит сказать, смелая в нынешних условиях, но посмотрим, каким форум будет через 2 года. 

В завершение хочется вспомнить Владимира Вернадского и его концепцию ноосферы — сферы разума, где человеческая мысль и научное знание становятся определяющей силой развития планеты. Вернадский писал об этом в первой половине XX века, в эпоху мировых войн и глобальных потрясений. Он верил, что разум в конечном счёте победит хаос, что научная мысль станет планетарным явлением, объединяющим человечество.

То, о чём говорил Путин на транспортно-логистическом форуме, — это в некотором роде практическое воплощение идей Вернадского. Когда мир разрывается конфликтами, когда нарастает хаос и неопределённость, разум предлагает решение: создать устойчивые, технологичные, безопасные системы связи между континентами и народами.

Логистика — это материализация человеческой мысли, способ организовать пространство и время так, чтобы товары, люди, идеи могли свободно перемещаться. Это буквально создание ноосферы — сферы, где господствует не хаос и случайность, а разумная организация и планирование.

Вернадский писал: «Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой». Сегодня мы видим, как эта сила проявляется в строительстве транспортных коридоров, связывающих Север и Юг, Восток и Запад. Россия, протянувшаяся от Балтики до Тихого океана, от Арктики до Каспия, становится не просто транзитной территорией, а пространством, где формируется новая логика мирового взаимодействия.

И в этом есть определённая историческая справедливость. Страна, которая всегда была мостом между Европой и Азией, снова берёт на себя эту роль. Только теперь это не пассивное положение на карте, а активная стратегия, подкреплённая технологиями, инвестициями, политической волей.

Пока наши военнослужащие защищают страну на фронте, инженеры проектируют высокоскоростные магистрали. Пока дипломаты отстаивают национальные интересы на международных площадках, программисты создают цифровые платформы для управления логистикой. Это и есть единство цели: обеспечить России достойное место в мире XXI века. Не через конфронтацию, а через созидание. Не через изоляцию, а через создание новых связей.

Вернадский верил в неизбежность торжества разума. Слова Путина на форуме — это заявка на то, что в сфере транспорта и логистики разум может и должен победить. Что технологии должны служить не разъединению, а объединению. Что даже в самые сложные времена нужно строить, а не разрушать.

«Конечно, искренне желаю вам успехов в вашей работе, в замыслах и начинаниях», — завершил своё обращение президент.

Как мы увидели уже в первый день, Международный транспортно-логистический форум в Петербурге — это заявление о намерениях. Россия не собирается быть пассивным наблюдателем формирования новой мировой логистики. Она намерена быть её архитектором.

И пока это только начало. Через два года форум соберётся вновь. Будет что рассказать о построенных километрах ВСМ, о запущенных цифровых платформах, о новых партнёрствах. Ноосфера Вернадского- она ведь такая же— строится не декларациями, а делами. И Россия, похоже, готова эти дела делать.